Основатель Keragon Конно Кристу рассказал, как использовал ИИ и несколько врачебных консультаций во время лечения редкой формы лимфомы. По его словам, болезнь выявили случайно, а Claude помогал ему анализировать данные и формулировать вопросы для врачей.
Кристу, которому сейчас 35 лет, регулярно следил за здоровьем: носил Whoop и Oura, ежегодно проверял почти 100 биомаркеров и несколько лет подряд проходил расширенные анализы крови. Последний чекап в 2025 году, по его словам, был лучшим за последние годы.
Проблему обнаружили после тренировки, когда у него распухла рука. Через неделю врач нашёл два тромба и назначил операцию, но предоперационное обследование показало опухоль размером 11 на 11 на 8 сантиметров за грудиной.
Биопсия подтвердила агрессивную быстрорастущую форму неходжкинской лимфомы. Кристу сказал, что это редкий диагноз, который встречается примерно в одном случае на 420 тысяч человек и связан со случайной генетической мутацией, а не с образом жизни, питанием или стрессом.
По словам Кристу, опухоль существовала около трёх месяцев, а ещё через три недели болезнь могла перейти в четвёртую стадию. «Мне повезло в моём невезении. Её нашли только потому, что я пришёл совсем по другому поводу», — рассказал он редактору из дома в Афинах.
После постановки диагноза первый онколог рекомендовал более мягкую из двух доступных схем химиотерапии. За день до первой инфузии Кристу получил второе мнение. Другой врач сразу предложил более тяжёлый режим с непрерывной госпитальной инфузией циклами каждые три недели в течение шести месяцев.
По его словам, для его случая более мягкое лечение давало около 60% шансов на успех, а более интенсивное — около 85%. «Как основатели, мы сами держим руль. Вы слышите много разного. Необязательно следовать первому совету», — сказал Кристу.
Затем он собрал в общей сложности 12 мнений, связавшись с гематологами и онкологами в США и других странах. Одиннадцать из двенадцати специалистов поддержали более интенсивную схему, и он выбрал её.
Во время шести месяцев лечения Кристу вёл процесс как серию коротких этапов с чётким циклом и постоянным сбором данных. Он носил Whoop на всём протяжении терапии и утверждает, что устройство точно предсказывало дни резкого снижения иммунитета, иногда ещё до появления симптомов.
Он также вёл голосовой дневник симптомов, где фиксировал изменения состояния, побочные эффекты, лекарства и препараты для их коррекции. Основное внимание он уделял трём факторам: сну, питанию и психическому состоянию. «Это влияет сильнее всего. Я ни разу не спрашивал “почему я”. У этого вопроса нет полезного ответа», — сказал Кристу.
Все данные — результаты анализов крови, снимки, показатели носимых устройств и записи дневника — он загружал в Claude. В материале отмечается, что, по данным опроса общественного мнения, опубликованного в марте, треть взрослых американцев уже используют чат-ботов для медицинской информации и советов.
При этом эксперты призывают к осторожности. Даниэль Биттерман, руководитель по data science и ИИ в Mass General Brigham, ранее говорила The New York Times, что чат-боты общего назначения часто ошибаются и «не прошли полноценную проверку» для персонализированной диагностики.
Кристу с этим не спорит. «Он не заменял врачей, но помогал задавать правильные вопросы», — сказал он.
По словам предпринимателя, для настолько редкого заболевания доступ к модели, обученной на большом массиве медицинской литературы, заметно отличался от обычного поиска в Google. Это оказалось особенно важным в конце лечения.
Финальное ПЭТ-сканирование, которое используют для поиска активного заболевания, дало неоднозначный результат. Его онколог начал обсуждать вторую линию терапии, в том числе возможную радиотерапию рядом с сердцем и лёгкими. Кристу изучил данные по своей форме лимфомы и выяснил, что доля ложноположительных результатов ПЭТ после лечения составляет около 60%.
«Сейчас 2026 год. Шестьдесят процентов», — сказал он. После этого Кристу загрузил в Claude три ПЭТ-скана и МРТ.
Модель указала на известный, но легко пропускаемый эффект: у пациентов моложе 40 лет после химиотерапии вилочковая железа может снова активироваться и на снимках выглядеть как активная болезнь. С учётом возраста и характеристик снимков Claude оценил вероятность такого объяснения примерно в 90%.
После этого Кристу запросил ещё три мнения. Четвёртый врач подтвердил вывод: это был rebound тимуса, а не активная болезнь. Радиотерапия не потребовалась, и признаков заболевания не осталось.
Кристу основал свою нынешнюю компанию Keragon ещё до болезни. Это платформа на базе ИИ, которая помогает медицинским практикам автоматизировать административные процессы. По его словам, опыт пациента дал ему другой взгляд на систему: врачи и медсёстры перегружены задачами, не связанными напрямую с лечением.
Он также отметил, что теперь чаще берёт выходной по воскресеньям и старается уделять больше внимания личной жизни. Говоря о возможностях ИИ для пациентов, Кристу сказал: «Это случится не через 10 лет. Это происходит уже сейчас».
Источник: исходный материал редактора на основе беседы с Конно Кристу; The New York Times; данные мартовского опроса общественного мнения.